Посредством эпического отчуждения можно придать определенное звучание и понятию, идее, образу; что-то «продлить» (способов для этого, повторяю, великое множество) и открыть зрителям (которым адресуется «поэзия») необыкновенную сложность нашего мира, бесконечную его изменчивость, новизну привычного; представить, словно впервые, во всем их богатстве и противоречивости слово, жест, поступок. Или наоборот, показать всем, кто слушает и смотрит, что за сложностью человеческих судеб, противоречи ...

Брехт выразил свою точку зрения относительно всех проблем - она может стать опорной, неприемлемой или приемлемой лишь отчасти - и никогда своей точки зрения не скрывал. Он коснулся буквально всего, что нас может интересовать. Это огромный континент - неисчерпаемый и необыкновенно сложный. Так не будем же тщетно доказывать, что он был более склонен к чему-то одному, чем к другому. Обратимся к тому, что он сам сказал и написал, а не к тому, что извлекаем из сказанного и на ...

Брехт - это первое, что я утверждаю,- был прирожденным эмпириком сцены, то есть на сцене он - весь. Хотя мы и знаем, что 13 ООО страниц в собрании его сочинений занимает то, что он написал о театре. Нет такой темы, которой Брехт не коснулся бы в своих комментариях, введениях, теоретических статьях. Правда, сейчас основательность всего им написанного ставится под сомнение, причем так глупо, что это было бы простительно разве лишь в период первоначального с ним знакомства. Но с ...

Мы, люди театра, узнаем друг друга и по этим мелочам. Я встаю в растерянности, в то же время не в силах отвлечься от того, что происходит на сцене. Б. Б. касается рукой моего правого плеча и шепотом говорит: «Не обращайте на нас внимания, я сяду здесь и не буду мешать». Это еще одна примета, выдающая деятеля театра: бережное отношение к тому, кто занят работой на сцене. Брехт садится и смотрит - не помню уж и что, какую сцену. Может быть, то была сцена свадьбы. Помню толь ...

Я говорю Б. Б. о прологе, который мне хочется ввести в «Оперу». Я опасаюсь, что ее текст, несмотря ни на что, покажется сейчас просто сказкой, не имеющей к нам никакого отношения, не затрагивающей сегодняшних проблем. Многие просто не захотят увидеть в ней актуальность, которую она, несомненно, сохранила, несмотря на содержащиеся в ней анархические призывы. Может быть, в этом прологе стоит сказать, что она не сказка, эта знаменитая «Опера»? Хотя, подобно сказке, она скрывае ...

Мы говорим о «Трехгрошовой опере». И ни на один мой вопрос, касающийся ее истории (Какой была первая постановка? Кто играл? Сколько было статистов? Сколько музыкантов? Какими были декорации? Сколько репетиций?), Брехт ответить не может. Озадаченный, растерянный, он вертит головой то вправо, то влево, спрашивая других, не помнят ли чего-нибудь они. Сам он не помнит ничего. Ему кажется, что где-то должно быть несколько старых фотографий первой постановки «Трехгрошовой оперы», ...